Мертвый Журнал › Из другого измерения

как рассказ ваш наполнен теплом .. :)

Очень хорошо на душе после таких рассказов!

bird

а можно ещё другого измерения ;)

премудрой аюрведы , ваших наблюдений , улыбку жизни ..

magla17

niil

Спасибо Вам. Обязательно продолжу, как только "оттаю".

Когда идёте в гости к слонам, не скупитесь на угощение. Слоны очень любят кисло-сладкие бананы (скажите продавцу бананов: «Для слонов» и получите те, что надо; они недорогие). Слоны любят белых людей ещё и за то, что те приносят им лакомство – бананы, и очень сердятся на служащих, если те берут бананы, которые принесены для слонов ! (О! видела я как-то, как сердито и даже зло однажды посмотрела на такого служителя Джей Шри! О, о, о!). Взрослому слону в день требуется до 200 кг еды. Слоны в заповеднике находятся на государственном и собственном обеспечении. На государственном особо не «разжиреешь», это в основном специальная каша. Ну а собственное обеспечение – пальмовые ветви: сколько набрал, то и твоё. Так что бананы для них – лакомство.

Слоны как люди, у каждого свой нрав, свой характер, своя судьба. Про судьбу маленького слонёнка Мины я уже рассказывала. А теперь послушайте историю о Чани.

История слонихи Чани

Недавно друзья из маленького провинциального городка на юге России сообщили, что у них в зоопарке поселился настоящий индийский слон ! Вернее, слониха по имени Чани. Девушка, что называется, в полном рассвете сил: 38 лет, ростом под 3 метра и весит целых 3 тонны ! (Ну как Джей Шри.) Чани в декабре переехала в провинцию из Москвы. Родившись в Калининградском зоопарке, слониха отправилась на службу в московский цирк на Цветном бульваре, и отработала на арене много лет, и теперь приехала на постоянное место жительства.

Чани хорошо известна в интернет-сообществе. Её в 2009 году всем миром спасали от голода. У частного цирка шапито, которому продал её московский цирк и с которым она выступала в Москве на ВДНХ, не хватало средств на капусту и морковку, Чани давали только сено и овёс и те в недостаточном количестве. Чани была на «голодном пайке». В интернете был брошен зов «Накорми слона», и неравнодушные москвичи несли в руках и везли на машинах капусту, морковку, яблоки. (Возможно, что кто-то из вас тоже участвовал в акции спасения слона). Более того, в цирке-шапито слона загнали в тесный загон, сковали цепями, и за всю зиму трехтонная Чани не сделала ни единого шага, она не могла шагнуть даже на 20 сантиметров.

А Чани ведь настоящая звезда. Она не только выступала в цирке, но и снялась в кинофильмах «Русские амазонки» и «Олигарх», где её партнёром был Владимир Машков.

(Рассказывают такую историю: «На съёмках фильма Павла Лунгина "Олигарх" произошел случай, заставивший хохотать всю съёмочную группу. По сюжету гeрой фильма, которого играл Владимир Машков, выезжает к гостям на слоне, гости дарят ему королеву красоты, которую привозят в пролетке, золотую лопату, доставляемую в карете, а также коня-ахалтекинца. Хозяин, предоставивший для съёмок коня по кличке Кагар, предупредили, что конь в принципе «очень смирный и послушный, только кобыл ему показывать нельзя — всех кроет». Пожелание учли, и карету, запряженную двумя кобылами, заранее отогнали подальше от съёмочной площадки. Но никто не подумал об участвующей в фильме цирковой слонихе Чани — красавице тридцати трех лет. Между тем жеребец мигом сообразил, что слониха тоже относится к женскому полу, и мужская гордость взыграла. Едва увидев эту «о-о-очень большую серую кобылу», Кагар раздул ноздри, встал на дыбы и с диким ржанием помчался в её сторону (по-видимому, такая мелочь, как хобот, его не смущала). Жеребца поймали в тот момент, когда он совсем было собрался пристроиться к ошеломлённой слонихе. Вот что значит горячая восточная кровь!»)

Теперь она поселилась в яблочном крае, где много - нет, не диких обезьян, - а капусты, морковки, яблок, где она не будет больше голодать, где сельхозхозяйства борются за право стать «поставщиками двора её слоновьего величества». Для Чани специально построили большой отапливаемый дом, а весной будет построена специальная прогулочная зона - открытый вольер с бассейном. И в этом году собираются привезти к Чани друга – слона.

Чани переехала вместе со своей давней подругой ослицей Дашей и своим смотрителем, эта троица неразлучна на протяжении вот уже почти двадцать лет.

Я ездила познакомиться с Чани. Она удивительно дружелюбна и любопытна. И немного хулиганиста. Конечно, выглядит она "несколько иначе", чем её ровесница Джей Шри, разница, как говорят в Одессе, «на лице» (всё-таки неволя – это не воля, да и голод сказался). Худенькая. И какя-то авитаминозная. Но мне кажется, что сейчас она попала в хорошее место. Её здесь откормят и обогреют. И станет наша Чани настоящей северной красавицей.

Когда идёте в гости к слонам, не поскупитесь на угощение.

Ты мой друг и я твой друг,

Самый верный друг

Индию делают её Боги. Индию делает её Природа. Индию делает её Культура. Но чем бы ты была без своих Людей, Индия?

Если они спрашивают: What are You from? («Откуда ты?»), значит, ты чем-то задел, затронул их душу, их ощущения, их чувства.

Брожу по деревне. Народ завтракает на верандах, террасах. Они здороваются первыми, ты отвечаешь им, также как и они отвечают на твои приветствия. И неважно, кто первый поздоровался. Тот, наверное, кто более вежливый. И непременно кто-нибудь из них поднимется со своего места, выйдет на крыльцо и спросит: "Can I help You?" (Вам чем-нибудь помочь?) И ты отвечаешь, что просто прогуливаешься, что тебе нравится их деревня, и завязывается разговор обо всём и ни о чём: о мире, о детях, о стране (это обязательно, как ритуал: Вам нравится у нас? Вам нравится Индия?). Однажды ко мне подошёл совершенно седой старик и сказал: «Ходи, гуляй, смотри. Разговаривай с нами, смотри, как мы живём, И ты увидишь, какой мы ("малаяламцы") хорошийнарод.» Сказал и как наказ дал и на верный путь наставил.

Люди Индии. Когда я смотрю на их лица, я вижу лица своих родственников, дядей, тётей, мамы, брата. Те же черты, только кожа смуглее. Эти индийские женщины и мужчины, они могли бы быть моими родственниками. Конечно, не все. Но такие есть. Всё-таки арии, наверное, «наследили». На очередной вопрос «Откуда ты?», отвечаю, смеясь: «А ты как думаешь? Угадай.» - «Ты как бы наша, но не отсюда. И волосы как у нас, и лицом вроде похожа. И не похожа. И кожа белая. Как в Болливуде.» Или: на пароме молодая индианка говорит своим подружкам: «Если я буду долго-долго тереть свою кожу, я стану такой же, как она.» Они весело хохочут. И я смеюсь вместе с ними.

Завтра Большой праздник Кришны. Решала пройтись и заранее узнать дорогу к храму, чтобы завтра поприсутствовать на праздничном шествии. По дороге идёт женщина в сари с вязанкой хвороста на голове. Приветливо здороваемся. Деревня. Как и у нас в деревнях принято друг с другом здороваться. Расходимся. Она следует со своим хворостом дальше, а я застываю как соляной столб перед сияющим золотом сквозь изумрудную, сочную от муссонных дождей зелень храмом Тримурти (святой Троицы: Брахмы, Вишну, Шивы).

С трудом отрываюсь от сияющего великолепия. Медленно иду по дороге дальше мимо развалин древних храмов, мимо миниатюрных храмовых комплексов, мимо надписей на санскритской «вязи».

и наталкиваюсь на знакомую мне женщину (хворост она уже успела отнести) и мальчика лет десяти, беседующих на дороге. Почему бы не спросить у них путь к храму. Индийцы охотно вступают в контакт, завязывают разговор. Да, да...к храму пройти можно вот так. Только праздник Кришны сегодня, а не завтра. Из-за праздника сегодня даже в школе отменили занятия. «Почему бы тебе не показать ей дорогу?», спрашивает мать у сына, «Если Вы, конечно, не возражаете», - она обращается уже ко мне. Теперь по дороге к храму мы идём уже вдвоем: мальчик и я. Он рассказывает, что его зовут Раджив, что он учится в школе, что он христианин, и мама христианка, и средний брат учится на священника, а папа индус (hindu). И что он влюблён в девочку, а она hindu, и он не знает, что будет дальше, разрешат ли её родители им встречаться, пока они это делают тайно, и чтобы я ни в коем случае не проговорилась его маме. (Что там Болливуд?! Здесь сама жизнь такая.) И я обещаю не проболтаться. Он рассказывает, что любит играть в крикет и когда-нибудь станет выдающимся спортсменом, и что он копит сейчас на новый более мощный компьютер, и что у него дырка в зубе и завтра папа поведёт его к зубному врачу и что он ужасно боится. И я его утешаю, как могу. Мы идём и беседуем обо всём, спрашиваем и отвечаем, смеёмся и пытаемся понять сказанное. Я захожу в храм Кришны, а он сторожит мои сандалии, а затем ведёт меня в другой храм – храм бога змей Гвадана. В него мы входим уже вместе (причём он спрашивает разрешения, не возражаю ли я), оставив обувь за порогом. Служители храма открывают алтарь, и ставят нам тилак на лоб, и приглашают приходить ещё завтра и послезавтра и послепослезавтра, потому что здесь четыре дня будет большая пуджа, десять семей заказали пуджу.

Он ведёт меня через деревню, не по дороге, а прямо через дворы, чисто выметенные, без единой мусоринки, и у каждого (!) дома свой собственный (!) колодец.

Солнце клонится к вечеру. В Индии темно становится как-то сразу. Без долгих сумерек. Сказывается близость экватора. Пора возвращаться. «Ты непременно должна к нам зайти»,- приглашает мальчик.- «...Нет, не завтра, сейчас. Мама будет очень рада.» Отнекаться не удаётся, да я не особо и сопротивляюсь, вся под впечатлением прожитого дня. Мама приглашает в дом, пытается накормить, но тут уж я твёрдо стою на своей аюрведической диете, и мы договариваемся ограничиться имбирным чаем (правда, мама пытается ещё вручить деликатес - «дамские пальчики» (Ladys Finger), удаётся отговориться тем, что мне их негде готовить). В комнате, где мы пьём чай, христианский иконостас матери и кубки, кубки, кубки Раджива за успехи в учёбе и спорте. Мне удаётся не проговориться маме о тайнах Раджива. «Пойдём, я покажу тебе моё сокровище»,- приглашает мама. Мы заходим во внутренний дворик, а там – огромная клетка с волнистыми попугайчиками. И как радостно сияют мамины глаза навстречу птичкам! Но мне пора, давно уже пора. «Я обязательно должен тебя проводить»,- настаивает Раджив, хотя идти всего метров сто. Негоже женщине одной ходить по вечерам. «Раджив,» - обращаюсь к мальчику. «Мы целый день провели вместе. Ты мне показал чудесные храмы, провёл такую замечательную экскурсию. Без тебя бы я ничего этого не увидела. Позволь мне тебя отблагодарить.» «Ты мой друг?»- спрашивает Раджив. «Конечно»,- отвечаю я. «А с друзей денег не берут»,- говорит он. Хороший урок преподал мне мальчишка. Стыдно. «Послушай, Раджив, ты мой друг?»- спрашиваю. «Да, друг.» «Я как твой друг хочу поучаствовать в твоём компьютере. Держи. Это помощь друга, от помощи друзей не отказываются.»